Год Даниила Гранина

Автор: admin, 11.02.2019

Год Даниила Гранина в день 100-летия со дня рождения писателя открывается в России.

Первый день Нового года совпал со столетием лет со дня рождения писателя Даниила Гранина (1919-2017). Многие годы он в кругу родных и друзей отмечал в этот день двойной праздник, совсем немного не дожив до векового юбилея.
Прошедший в молодости фронтовыми дорогами, Гранин до конца дней сохранил ясность памяти и твердость писательской руки, без остатка посвятив жизнь своему призванию литератора и гражданина. Учитывая его вклад в отечественную культуру и в связи с исполняющимся 100-летием со дня его рождения, президент России подписал Указ «Об увековечении памяти Д. А. Гранина и праздновании 100-летия со дня его рождения». Для осуществления этой большой программы создан оргкомитет во главе с президентом Российского книжного союза Сергеем Степашиным. В состав комитета вошел и соредактор журнала «Звезда», писатель и историк Яков Гордин, который знал Гранина с 60-х годов прошлого века и написал предисловие к его книге «Последняя тетрадь».
«Даниил Гранин для меня — необычайно ценный пример развивающегося человека, преодолевающего себя и выходящего в конце концов к «последней прямоте», безоглядно жесткой по отношению к самому себе, по стремлению понять — что же было сделано не так и самим собой, и страной. «Последняя тетрадь» — это в некотором роде завещание Даниила Александровича, это итог, это, может быть, одна из самых важных его книг», — сказал ТАСС Гордин.
По его мнению, главный нравственный посыл этой книги заключен в словах писателя: «Если забыть, что было со страной, что творили с людьми, — значит утратить совесть. Без памяти совесть мертва, она живет памятью, надоедливой, неотступной, безвыходной». Чем дальше, тем больше Гранин ощущал свою ответственность перед временем, он понимал, что его слушают, что к нему прислушиваются, и он осознавал важность своего слова.
Даниил Гранин в начале пути получил известность как автор романов «Искатели» и «Иду на грозу», в центре которых — люди науки. Однако, по мнению Гордина, «настоящий Гранин» начался с конца 1960-х годов, когда в повести «Наш комбат» впервые в его прозе прозвучала тема вины. «Это была тогда достаточно новая нота вообще в военной прозе, которая потом мощно прозвучала в последних книгах Гранина — и в „Моем лейтенанте“, и в „Последней тетради“, — считает он.
Увековечение памяти
Разработан большой план по празднованию юбилея писателя, отразившего в своей прозе мощные пласты времени — от эпохи Петра Великого до наших дней. В числе уже прошедший событий — круглый стол „Писатель во времени и время в писателе“ на VII Санкт-Петербургском международном культурном форуме, выставка „Идущий на грозу“ в Российской национальной библиотеке, где творчество писателя представлено начиная с его литературного дебюта 1937 года.

Имя Даниила Гранина присвоено одной из библиотек города и скверу в историческом центре. На писательском доме на Петроградской стороне, где жил Даниил Александрович, будет открыта мемориальная доска. Принято решение о создании памятника Гранину. Намечено проведение целого ряда конференций, посвященных его творческому наследию.
На вопрос, какие именно аспекты увековечения памяти Гранина кажутся ему самыми важными, Гордин сказал: „Прежде всего — это публикационный аспект. Думаю, что выход многотомного собрания сочинений Даниила Александровича — это главное событие. Кроме того, я считаю необходимым издать том избранного, причем таким тиражом, чтобы это попало в библиотеки, в том числе провинциальные и школьные, стало достоянием молодого читателя“. В „Избранное“, как считает Гордин, могла бы войти проза разных жанров — „Эта странная жизнь“, „Зубр“, „Мой лейтенант“, фрагменты из книги „Изменчивые тени“.
Особое название в наследии Гранина — „Блокадная книга“, написанная в соавторстве с Алесем Адамовичем. „Мало бы кто решился на такое вот реальное противостояние с властью, потому что писатели очень рисковали, когда этим занимались: это отнюдь не одобрялось. И только огромный авторитет, известность Гранина помогли даже в изуродованном виде, но все-таки эту книгу опубликовать“, — сказал Гордин. В писательском архиве осталось еще много неопубликованных материалов по „Блокадной книге“, что, по мнению исследователей, могло бы значительно расширить и обогатить ее содержание.
Писатель был дружен с тассовцами
Корреспонденту ТАСС на протяжении многих десятилетий довелось неоднократно общаться с Даниилом Александровичем. На памяти — запись его воспоминаний для книг „Вольный сын эфира“ о ветеране российской радиожурналистики Матвее Фролове и „Ваш Андрей Петров“ — о дружбе писателя с выдающимся композитором. Запомнилась встреча, когда Гранин рассказывал о фотографиях, которые он разыскивал в ходе работы над „Блокадной книгой“. Не только книга, но даже интервью с Даниилом Александровичем для журнала „Советское фото“ на тему „блокадная фотография“ подверглось вмешательству цензоров: в тексте было сделано шесть изъятий, память о которых осталась в сохранившихся гранках того интервью.
Гранин тепло относился к репортерам-тассовцам, которые нередко обращались к нему за комментариями, не только о литературных, но и политических событиях в мире. В разделе „Слово друзей“ двухтомника „ТАСС уполномочен рассказать“ писатель оставил такую запись: „Я впервые оценил важность деятельности этого агентства еще в годы Великой Отечественной войны, когда в блокадном кольце, на Ленинградском фронте мы получали сообщения о жизни страны именно через канал ТАСС. Он и в послевоенную пору, да и сейчас среди всех остается главным и самым авторитетным источником новостей“.

Рубрика: Новости - Ваш отзыв

  наверх